03. Письмо о буллинге,
а еще о школьных пространствах и помощи всем.
Привет, это Настя Серазетдинова. Я пишу рассылку о школе, семейных системах и коммуникации. Мне хочется делиться с вами тем, что проверено на практике и точно работает.
В прошлом письме я рассказывала про трудное поведение и механизмы стабилизации. В этом поговорим о буллинге. Это чувствительная тема. Позаботьтесь, пожалуйста, о себе.
Новенькая
Однажды в школу, где я работала, в 7 класс пришла Девочка. Она отлично сдала вступительные тесты и начала учиться. И всё в целом шло неплохо, но учительница математики стала замечать разные странности. Девочка очень медленно решала, отвлекалась и практически не была включена в урок. Мы с командой внимательно наблюдали за ребёнком, потому что период адаптации в новой среде может быть разным. Я стала ходить на уроки и смотреть на Девочку. И действительно, ей было сложно включиться в математику, хотя вступительные тесты показали, что она прекрасно разбирается в предмете.
Раз в 2-3 недели мы собирали команду педагогов, чтобы обсудить, как идут дела, нужна ли помощь с каким-нибудь ребёнком, есть ли “дым” или уже где-то “пожар”. И вот на одной из встреч по классу, где училась Девочка, мы выяснили, что в целом атмосфера в группе сложная. Учителя рассказали, что им приходится тратить много усилий на стабилизацию порядка в течение урока: многие ребята могут переговариваться, задирать друг друга и вести себя не очень “рабоче”. Мы договорились, что будем пристальнее наблюдать и исследуем, нет ли в классе конфликта или зарождающегося буллинга.
Как-то при разговоре один на один Девочка мне сказала: “Я в этой школе уже 23 дня, в целом все хорошо”. Ещё Девочка поделилась, что пока не нашла друзей, но это её не пугало, она привыкла быть одна, в прошлой школе было так же. Меня насторожило, что ребёнок называет точные цифры своего “пребывания” в школе – это сигнал, что-то идёт не так. Спустя некоторое время мы выяснили, что в классе есть “скрытый буллинг”. Это такой вид деструктивного взаимодействия, который сложно увидеть учителям, потому что дети осознанно не травят другого, когда взрослые рядом. В ситуации небезопасности ребёнок перестаёт учиться: его реакции замедляются, взгляд становится потерянным, он может пропускать уроки и вываливаться из общих процессов.
Как только мы это заметили, сразу развернули алгоритм действия при буллинге (он есть в конце письма), ситуация разрешилась благополучно. Мы успели.
Что такое буллинг?
Буллинг – это систематическое унижение и агрессия. Насилие – это преступление. Буллинг эскалирует насилие, вспомните вооруженное нападение школьников (Колумбайн, 1999; Эдинборо, Пенсильвания, 1998 и не только). Эти дети – пострадавшие от буллинга.
В этом письме я не буду рассматривать физическое унижение, потому что это преступление, где важно обращаться в специальные службы (полиция, скорая помощь). Я расскажу о том, как быть с унижениями “без прикосновений”.
Основные признаки буллинга:
систематичность;
действия направлены на одного человека или группу людей;
прямые нападения (угрозы, запугивание);
издёвки, насмешки, сексуальные комментарии;
порча или кража имущества;
косвенные воздействия (распространение слухов, социальное исключение).
Буллинг, в отличие от конфликта, – это неравенство сил. Мальчики-подростки чаще травят других и сами становятся объектом травли (удары, толчки). Девочки обычно распространяют слухи, сексуальные комментарии, исключают из социальных групп. (Facts for Teens: Bullying, 2002)
Кибербуллинг
С появлением интернета буллинг перестал заканчиваться в школе и перекочевал в мессенджеры, а значит стал преследовать пострадавшего, где бы он ни находился. Электронная травля, или кибербуллинг, — это использование электронных устройств (e-mail, SMS, мобильных телефонов, компьютеров) для отправки или размещения жестоких или вредоносных сообщений, а также изображений, чаще сексуального характера (Corbett, 2006).
Что делать?
не вступать в переписку, не откликаться;
сохранять переписку, скриншоты, оставлять доказательства;
использовать более сложные пароли, чтобы аккаунты сохраняли персональные данные и не подвергались взлому;
не отправлять фотографии, данные или любую информацию, которая может быть использована против.
Какие роли существуют?
Мы привыкли опираться на “треугольник Карпмана” (Karpman drama triangle), или концепцию драматического треугольника. Стивен Карпман, психотерапевт, ученик Эрика Бёрна, предположил, что деструктивные отношения в группе характеризуются тремя ролями: жертва, преследователь и спасатель.
К сожалению, убедительной валидации теории Карпмана нет, многие критикуют её за то, что автор не учитывает динамику группы. Роли могут меняться. Мы посмотрим на модификацию ролей треугольника: пострадавший (жертва), агрессор (буллер) и свидетели. Вместо “жертвы” мне ближе говорить “пострадавший”.
Агрессор (буллер)
Помните письмо о трудном поведении и целях трудного поведения по Дрейкурсу? Так вот основная цель агрессора – это власть. Дополнительная мотивация – удовлетворение в энергии, снижение напряжения. Высокая вероятность, что агрессор сам подвергается травле или насилию, например в семье. Взрослый тоже может стать агрессором.
В поведении потенциального агрессора есть несколько красных флагов, на которые важно обращать внимание. Это не значит, что наличие 1-2 факторов говорит о том, что перед нами точно агрессор, но их совокупность вполне может рассказать многое об этом ребёнке:
изоляция и неуверенность в себе;
чрезмерное чувство отторжения (чаще всего в семье);
низкие академические показатели;
ребёнок оставался на “второй год” или его часто выгоняли;
выражение насилия на письме (обязательно давайте детям возможность рисовать на полях, это хороший диагностический инструмент);
ребёнок – участник “плохих компаний”;
частая смена друзей;
жестокость по отношению к животным.
Помните, что агрессору нужна не меньшая помощь, чем остальным участникам группы.
Пострадавший (жертва)
Взрослым важно осознавать, что никто не заслуживает, чтобы его травили. Я иногда слышу истории, в которых взрослые говорят “ну правильно, а что он ведет себя, как девчонка, нюни распустил, вот его и травят”, “понимаю, почему её травят, она же не моется, от неё плохо пахнет”, “да, он задира, сам провоцирует”. Сейчас в TikTok вирусится тренд, где женщины борются с убеждением “сама спровоцировала”, показывая, как их домашние питомцы (собаки) терпеливо ждут разрешения, чтобы съесть угощение, которое лежит рядом.
Пострадавший может быть уязвим из-за своих взглядов, внешнего вида, способа общения. Задача взрослых – защитить этого человека и помочь в развитии навыков, о которых говорит Брукc Гиббс (Brooks Gibbs) в своих занятиях по формированию устойчивости. Посмотрите, как он это делает.
Важно рассказать пострадавшему о следующих возможностях:
Не отвечать насилием на насилие (вспоминаем Брукcа Гиббса);
Физически уйти от издевательств из пространства (“Для танго нужно двое”);
“Я-сообщение”: “Когда ты делаешь …, это влияет на меня … и я чувствую…”;
Первое время быть осторожнее в пространствах без взрослых: коридоры школы, дорога из школы домой, раздевалки;
Поговорить с родителями: если они ничего не знают, то не смогут помочь;
Поговорить с доверенным взрослым;
Использовать группы поддержки, например благотворительный фонд “Шалаш”, фонд Травли.нет, а ещё чат поддержки подростков 1221;
Никогда не обвинять себя в действиях агрессора – никто не может обижать и унижать другого. Никто.
Свидетели
Свидетели – это участники группы, которые чаще всего испытывают амбивалентные чувства: я хочу помочь, но боюсь, что стану следующим пострадавшим.
Взрослым важно легитимизировать действия, которые могут применять свидетели, не чувствуя вину:
Обязательно звать на помощь взрослых и делать проблему видимой;
Приглашать пострадавшего в коммуникацию (прогулки, игры) по возможности, узнавать, как дела и настроение;
Сказать агрессору “Стоп!”, “Хватит”;
Уйти самому и увести пострадавшего за собой: агрессор питается тем, что остальные смотрят на него;
Призвать пострадавшего обратиться за помощью ко взрослым.
В школьной среде важно культивировать возможность обращаться за помощью ко взрослым. Дети не должны решать вопросы, касающиеся безопасности, самостоятельно.
Что делать взрослым?
Быть взрослыми. Не опираться на убеждение “ну это они так общаются, все подростки такие”, “это не мое дело, я отвела уроки и ушла домой”, “пусть их родители дома воспитывают, моя задача – учить”. Если ребёнку плохо, он перестаёт учиться. Ваша работа становится неэффективной. Ни один ребенок не должен бояться ходить в школу!
Вмешивайтесь в происходящее: лучше вмешаться и ошибиться, чем упустить;
Протоколы и правила: в каждой школе должен быть разработан и принят порядок работы с буллингом;
Сохраняйте спокойствие: буллинг - это социальное явление, которое можно прекратить;
Делайте проблему видимой: буллинг боится света, ученики должны видеть и знать, что вы можете их защитить;
Не ищите виноватых: в драматическом треугольнике помощь нужна всем;
Занимайтесь профилактикой (кино, книжные клубы, дискуссии, круглые столы) и озвучивайте правила детям: “В нашей школе всегда будут защищать тех, кого обижают”.
Алгоритм работы
Команда педагогов
Соберите всех педагогов, которые работают в этой группе; озвучьте проблему; расспросите педагогов, что они видят во время уроков или в других пространствах школы.
Договоритесь о том, что при проявлении небезопасного поведения каждый учитель останавливает процесс и прекращает деструктивное поведение: “Я запрещаю тебе так себя вести”, “Прекрати то, что ты сейчас делаешь”, “Я взрослый и отвечаю за безопасность, остановись”. Не просите агрессора извиниться при всех, это лишь усилит и без того необоснованную ненависть к пострадавшему.
Организуйте наблюдение за наиболее темными местами: коридоры, раздевалки, туалеты, пространства без взрослых.
Включайте свет в пространствах. Я работала в одной школе, где технический персонал все время выключал свет в целях экономии. За этим важно наблюдать, пространства должны быть проглядываемыми.
Несколько раз в год проводите исследование школьного климата (School Climate Research). Тогда у вас будут данные, которые помогут отслеживать проблему.
Проводите как можно больше мероприятий на знакомство детей друг с другом. Часто буллинг возникает из-за разности, непонимания. Если дети будут знать друг друга лучше, будут обсуждать особенности и говорить о них – разногласий станет меньше.
Делайте пространство школы “говорящим”: вешайте плакаты, рисуйте комиксы, организуйте возможность для медиации.
Родители
Соберите родителей всего класса и объявите, не называя основные роли, что в классе есть такая проблема. Подробно расскажите о том, что вы будете делать с детьми в классе, а что важно делать дома (разговоры, просмотр кино, обсуждения того, что мы все разные – работа с ценностями).
Пригласите на встречу один на один родителей тех детей, которые имеют активные роли – агрессор и пострадавший. Обязательно соберите факты проявления буллинга, расскажите, что вы знаете и как обстоят дела сейчас. Постарайтесь выяснить, были ли уже подобные проявления раньше, как разрешили проблему. Если проблема повторяется, значит работа в прошлом была неэффективной.
Предупредите родителей агрессора, что это недопустимое поведение, и в случае повторения вы будете вынуждены принять меры (обязательно согласуйте красные линии, когда вы обратитесь в полицию или прекратите отношения с семьей).
Расскажите родителям пострадавшего о том, как вы будете развивать в ребенке устойчивость. Работа с пострадавшим – самая сложная часть алгоритма. Часто внутри семейной системы есть место, где ребенок будет уходить в роль жертвенности, привлекать внимание (по Дрейкурсу). Такой ребенок что-то хочет сообщить семье и взрослым вокруг, важно выяснять что.
Предложите помощь психотерапевтов семьям агрессора и пострадавшего, обычно проявления деструктивного поведения – сигнал о проблеме внутри семейной системы.
Важно помогать родителям укреплять отношения с детьми, растить доверие, чтобы дети в первую очередь обращались к семье за поддержкой.
Дети (группа)
Соберите класс и расскажите о том, что взрослые видят происходящее и будут защищать тех, кого обижают, и помогут разобраться в ситуации.
Поговорите с пострадавшим и агрессором один на один. Попробуйте выяснить, была ли такая проблема в прошлом. Как удалось справиться тогда, кто помогал, как реагировали взрослые вокруг.
У агрессора попытайтесь выяснить, какие взаимоотношения в семье, как к нему относятся старшие сиблинги, если они есть, или родители, был ли у него опыт, когда его травили. Выстроите занятие с психологом. Такие занятия должны стать обязательными для агрессора.
У пострадавшего постарайтесь также выяснить про прошлый опыт, как удалось справиться. Уточните, как устроена семья и какие в ней отношения – это сильно поможет при построении гипотез. Предложите поддержку психолога.
Помните, что свидетели так же нуждаются в помощи. Научите их действиям, о которых я рассказала выше.
Чего лучше не делать?
Не читайте нотаций. Такие встречи могут лишь озлоблять детей.
Не ищите виноватых. Буллинг – это проблема не отдельных людей, а группы. Помощь там нужна всем.
Не стыдите никого прилюдно и не навешивайте ярлыков. Помните, что перед вами дети. Даже если это люди высокого роста, которые добираются до школы самостоятельно.
Не выгоняйте агрессора. Если вам захочется исключить агрессора из системы, подумайте, все ли вы сделали, чтобы ему помочь. Часто бывает так, что агрессора исключают, а проблема остается. Напоминаю, буллинг – это проблема группы, а не конкретных людей.
Не давите на родителей. Часто родители пострадавшего забирают ребенка из школы или переводят его в другой класс. Это мера часто неэффективна, потому что опыт остается в поведении человека. Важно оказать помощь и поддержку, предложить сторонних специалистов. Не спешите расставаться, но и не противьтесь решению родителей – они имеют на это полное право.
Кое-что важное
Буллинг долго воспринимали как обычную часть взросления, но исследования суицидов и школьной стрельбы середины 1990-х показали, что это не так. Буллинг продолжается, пока остаётся незамеченным. Важно помнить, что есть здоровые детские сообщества, где буллинг не возникает, даже не пробегает мимо. Если взрослые – родители и педагоги – заботятся о безопасности детей, уделяют время на внимательное исследование среды и ее организацию, то среда будет здоровой.
И еще что-то важное
Иногда взрослые, которые замечают буллинг или его признаки, остаются в одиночестве внутри школьного сообщества. Это бывает достаточно часто. Помните, что вы не должны справляться с этим в одиночку. Вы точно можете предложить алгоритмы, которые описаны в этом письме или обратиться за поддержкой в фонды. Но берегите себя. Если среда вас не слышит или не доверяет вам, нужно ли вам оставаться в ней?
Что смотреть с детьми?
Что читать с детьми?
Если вам хочется больше узнать про управление группой (classroom management), то у меня есть курс про это. Вдруг вы хотите понять, как строить бережные школьные среды – тут есть бесплатное погружение.
Еще в январе я буду вести коротенький онлайн-курс для детей и подростков “Банка историй”, где мы создадим много историй. Сторикрафтинг помогает пережить сложное в жизни.
Если вам нужна моя профессиональная помощь в виде консультаций, то заглядывайте ко мне на сайт.
Вы можете поделиться этим текстом в соцсетях, если вам откликается тема. Пусть больше людей пользуется этим знанием.
Поллы не работают 🤔